Сергей и Кира — это история о двух молодых людях, считавшихся самой красивой и завораживающей парой на богемной сцене Петербурга в начале девяностых. Смотреть онлайн Кто-нибудь видел мою девчонку? в HD качестве бесплатно, без регистрации и рекламы у нас на сайте! Интересные рецензии пользователей на книгу Кто-нибудь видел мою девчонку?
О книге Карины Добротворской "Кто-нибудь видел мою девчонку"
Кадр из фильма Ангелины Никоновой "Кто-нибудь видел мою девчонку?". В автобиографической книге “Кто-нибудь видел мою девчонку? 100 писем к Сереже” Карина Добротворская обращается к адресату, которого давно нет в живых, пытается договорить то, что еще ни разу не было сказано. Ктонибудь или кто нибудь видел мою девчонку.
Кто-нибудь видел мою девчонку? / Ангелина Никонова — Video
Интересные рецензии пользователей на книгу Кто-нибудь видел мою девчонку? Актеры: Аня Чиповская, Александр Горчилин, Виктория Исакова, Юра Борисов, Алексей Золотовицкий. Жанр: драма. Кто-нибудь видел мою девчонку? «Кто-нибудь видел мою девчонку» именно по этой траектории и развивается. Картина является экранизацией книги Карины Добротворской «Кто-нибудь видел мою девчонку? Последние новости. Показать 0 свежих новостей. 4 февраля в прокат вышел фильм Ангелины Никоновой «Кто-нибудь видел мою девчонку?», сюжет которого основан на одноимённом автобиографическом романе Карины Добротворской.
Юлия Снигирь, Евгений Цыганов и другие на премьере фильма "Кто-нибудь видел мою девчонку?"
Считала его недостойным тебя? Ревновала к прошлому, где меня не было? Была равнодушна ко всему, что меня непосредственно не касалось? Или — как всегда — боялась любого подполья, чувствуя опасность, понимая, что мне там не место, что там ты ускользаешь от меня — и туда в конце концов и уйдешь? Я так хотела бы сейчас сесть с тобой на кухне над кружкой крутого черного чая на твоей любимой кружке была эмблема Бэтмена и всё-всё у тебя выспросить. Как вы нашли эту студию? Почему решили делать Воннегута? Почему выбрали такую нудную пьесу?
И как это подвальное помещение отнимали, и как ты бегал сражаться за него по обкомам и пытался очаровать теток с халами на голове я узнала об этом только из твоих коротких писем Лёньке Попову в армию. И правда ли, что ты был влюблен в Ануш? И как вы на этом подоконнике проводили дни и ночи? Все, конечно, смотрели на тебя восторженными глазами, открыв рот? А ты раздувался от гордости и был счастлив? Ничего никогда я так и не спросила, по-свински редактируя твою жизнь, которая в мою схему не укладывалась. Да, всё в этой подвальной студии довольно большой и даже неожиданно светлой показалось мне тоскливым и бессмысленным.
Всё, кроме тебя. Ты появился в черной рубашке, залитый кровью, с выбеленным и раскрашенным лицом, как на Хэллоуин, в женских сапогах и с игрушечной обезьянкой в руке. Демонический грим был не страшен, а смешон, но мне почему-то было не смешно. Сейчас я уверена, что ты рисовал свой грим с Боуи, но тогда я едва ли знала, кто это такой. Энергия, исходящая от тебя, была такой сильной, что у меня мурашки по коже пошли. Я вспомнила твой острый взгляд тогда, на Фонтанке. Когда ты выходил на сцену, я тоже остро чувствовала твое физическое присутствие.
Я всегда верила только в результат, меня не волновал процесс. Я не признавала гениев, пока не убеждалась, что они создали нечто и впрямь гениальное. С этого спектакля я вышла с ощущением, что посмотрела ерунду, созданную выдающимся человеком. Прости, что я никогда тебе этого так и не сказала. Ни с кем. Я могла тебя процитировать или вспомнить одну из твоих блестящих реплик. Но говорить о тебе — нет, не могла.
Было слишком больно. Возникало ощущение, что тем самым я тебя предаю. Или с кем-то делю. И вдруг — я заговорила. Что это? Потому ли, что я стала тебе и о тебе писать, понемногу выпуская своих демонов? Или потому, что я влюбилась?
Сегодня я видела Таню Москвину — впервые за много лет. Вы вместе учились в институте, ты восхищался мощью ее критического дара и способностью ничего и никого не бояться. Однажды, когда мой сын Иван был еще совсем маленьким, Москвина пришла ко мне в гости. Иван внимательно посмотрел на ее яркое асимметричное лицо. Она, как и я, перенесла в юности неврит лицевого нерва. Что из меня теперь не выйдет красивой женщины и что это для меня куда большая драма, ее не занимало. То, что такое обычно не говорят маленьким детям, ей и в голову не приходило.
Так она жила — ни в чем никаких ограничений. Ты свою бунтарскую природу мучительно укрощал, к тому же был деликатен и не любил задевать людей. А Танька позволяла себе всегда и во всем быть собой и ничего не делать наполовину. Если бутылка водки — то до дна. Если страсть — то до победного конца. Если ненависть — то до самых печенок. Она умела быть так упоительно свободной и так одержимо неправой, что ты немного ей завидовал.
Она тебе всегда отдавала должное, как будто ваша группа крови, замешанная на питерском патриотизме, была одинаковой. Сегодня Москвина рассказала мне, как ты впервые показал ей меня — в библиотеке Зубовского института на Исаакиевской, 5, куда вы с ней два раза в неделю ходили в присутствие. Она очень интересуется рок-культурой. Но он уже явно был влюблен. Ну да, рок-культура, конечно. Тогда было модно рассуждать про молодежную культуру. Он был первым рокером, чью кассету я слушала по десять раз на дню, еще не зная, как он золотоволос и хорош собой.
Эта захлебывающаяся студенческая работа понравилась руководительнице критического семинара Татьяне Марченко. Она показала ее Якову Борисовичу Иоскевичу, который вместе с тобой делал сборник статей о молодежной культуре. Меня вызвали на Исаакиевскую — на встречу с вами обоими. Я готовилась к этой встрече, безжалостно завивала длинные волосы горячими щипцами, румянила щеки ватой, густо красила ресницы тушь надо было развести слюной и слоями накладывала тональный крем. Зачем я это делала — понятия не имею, моя кожа была идеально гладкой и косметики не требовала. Но мне с детства казалось, что можно быть лучше, красивей, хотелось преодолеть разрыв между тем, какой я была на самом деле и какой могла бы быть, если б… Если б что? Ну хотя бы волосы были кудрявей, глаза больше, а щеки румяней.
При этом я надела джинсы с шестью молниями — молодежная культура все-таки. Не жук чихнул. Я была уверена, что ты будешь меня хвалить, ведь не каждую студентку третьего курса собираются печатать во взрослом научном сборнике. Ты вошел на кафедру, смерил меня ледяным взглядом я спросила себя, помнишь ли ты нашу встречу на Фонтанке и высокомерно сказал: — Я не поклонник такого стиля письма, как ваш. Я молчала. Да и что можно было ответить? Я-то считала, что написала нечто и вправду классное.
И вообще, не я сюда напросилась, вы меня позвали. Очень сопливо. Много штампов. И к тому же это надо будет в два раза сократить, — произнося всё это, ты почти на меня не смотрел. Я продолжала молчать. В этот момент на кафедру вошел Яков Борисович. Прекрасная работа, прекрасная.
Очень украсит наш сборник — написано так страстно и с такой личной интонацией. Помню, что я испытала благодарность ему и обиду на тебя, который в этот момент равнодушно смотрел в окно. Текст я действительно сократила вдвое. Тебе этот финал казался глупым, а мне — принципиальным, потому что мне хотелось сохранить эту личную интонацию. Обида долго не проходила, я не могла забыть, как ты со мной обошелся. Но цену этому занудству я уже начала понимать. Я начинаю письмо и теряюсь — как мне к тебе обращаться?
Я никогда не называла тебя Сережей или Сережкой. И уж точно никогда не говорила — Сергей. Впрочем, едва ли; скорее всего, я избегала имени, потому что уже понимала, что между нами существует пространство, где отчество не предполагается. Я никогда не обращалась к тебе по фамилии, хотя другие твои девушки — до меня — это делали. А может быть, просто от ревности. До меня только недавно дошло, что никого из своих любимых мужчин я не могла называть по имени, словно боясь коснуться чего-то очень сокровенного. И меня никто из них не называл в глаза Кариной, всегда придумывались какие-то нежные или забавные прозвища.
Но когда все-таки называли, то это задевало меня как что-то почти стыдное. А может, мне просто были необходимы имена, которые были бы только нашими, — никем не истрепанные. Когда мы начали жить вместе, то довольно скоро стали называть друг друга Иванами. Почему Иванами? Ужасно жаль, я совсем не помню. Не помню, как и когда это имя пробралось в наш словарь. Всегда в мужском роде.
И помню, как мы однажды стали смеяться, когда я впервые назвала тебя Иваном в постели. Ты ведь не любил говорить в постели? И еще помню, как твоя мама, Елена Яковлевна, ревела в телефонную трубку: — Ты ведь сына Иваном назвала, да? В честь Сережки? Это было в тот день, когда я узнала о твоей смерти. Сейчас мне кажется, что я влюбилась с первого взгляда. И что каждая следующая встреча была особенной.
На самом деле в то время я была влюблена в другого, чью систему ценностей безоговорочно принимала. Я тебя остро чувствовала, это безусловно. Но прошло еще несколько лет, прежде чем я осознала, что это любовь.
А Серёжа появился и стал осторожно снимать слой за слоем. И я теперь как будто голая. Больно, страшно, стыдно. Но зато я чувствую себя уязвимой, а значит — живой». Многие могут возмутиться — зачем писать письма адресату, который никогда уже не сможет их прочитать? Зачем копаться в прошлом и выставлять его напоказ, публикуя подобные мемуары? На самом деле такие исповеди нам нужны. Эти истории помогают, пока не слишком поздно, задуматься о собственной жизни и отношениях с близкими. И вещей с подобным психотерапевтическим эффектом пишут всё больше.
В этом кино кинокритика — профессия и призвание — показаны, как вид вредительства и паразитизма. Феномен токсичной любви тоже подан пресно и остывшим, подернутым, как вчерашняя манная каша, пленочкой из клише и благоглупостей: после секса тут натягивают джинсы, не подмывшись, а в душе, конечно, закрывают глаза; по улицам бегут, а не ходят, и еще у всех кружится голова — от восторга и от похмелья. Похмелье обычно сопровождается легкой тошнотой. Тошнота — горьким послевкусием. А оно, в свою очередь, неприятным запахом изо рта, то есть душком. Как эстетически, так и этически. Перезаложив за воротник накануне, поутру мы обычно задаем себе вопрос — зачем я пил? Кино Никоновой настолько выпуклое в своей 3D-вульгарности, что себя мы спрашиваем: зачем я смотрел? Два других вечных русских вопроса — кто виноват и что делать — в данном случае сугубо риторические. Вы, работавшие над фильмом, и виноваты-с, пожалуйста, больше такого не снимайте — вот и вся кинокритика.
Гости выстроились в очередь на входе в театр, но аншлага ожидаемо не было, поскольку фестиваль соблюдает "шахматную рассадку" в зале. Прокат фильма намечен на 12 ноября. Открытый российский фестиваль "Кинотавр" в Сочи, перенесенный из-за пандемии, будет проходить до 18 сентября. Закроет киносмотр драма "Дорогие товарищи!
В прокат выходит драма "Кто-нибудь видел мою девчонку?"
кто-нибудь видел мою девчонку? poster. Сергей и Кира — интеллектуалы, влюбленные в кинематограф. Он – уважаемый кинокритик, она – его студентка. Партнером Анны Чиповской в фильме "Кто-нибудь видел мою девчонку?" стал Александр Горчилин. Картина «Кто-нибудь видел мою девчонку» показывает, какой непредсказуемой может быть человеческая судьба, насколько неожиданно могут повернуться события.
Критики демонстративно ушли с фильма "Кто-нибудь видел мою девчонку?"
Почти ничего больше не взяла, даже одежду оставила. Талисман скоро вернулся в Питер, к тебе на могилу. Приехала я одна, с грудью, переполненной молоком, — в Москве остался мой месячный сын Иван. Положила нашего маленького вола за серый могильный камень, присыпала землей, чтобы никто его не увидел. Мне казалось, что я тебя слышу, что ты уговариваешь меня перестать наконец плакать. И что я отвечаю тебе: — Только не надо мне вертеть вола! В нашей паре ты был большим Иваном, а я — маленьким, несмотря на то, что я была выше тебя. Но тебе нравилось, когда я называла тебя большим Иваном. И ты, конечно, был для меня таким огромным! И — светлым, легким, ласковым. Куда ушли надменность и поза, которые раньше так пугали меня?
Начало нашей совместной жизни совпало с наступлением голодных осени и зимы 1990—1991 годов. Мы как-то со стороны наблюдали, как из магазинов стремительно исчезают продукты. Мы прикончили немало этих трапез. Потом исчезли и они. Нам выдавали карточки, но за продуктами надо было стоять в длиннющих очередях, чего никто из нас делать не мог. Карточки, чтобы не пропадали, забирали родители, покупали на них макароны, муку, маргарин, сахар — и почти всё отдавали нам. Ты по тем временам неплохо зарабатывал, метался по каким-то видеосалонам, которые открывались повсюду. Своих видеомагнитофонов почти ни у кого не было, у нас в том числе. Народ, изголодавшийся по западным картинам, валом валил на всё.
На съемках в Нормандии погода менялась каждые 30 минут. То шел дождь, то выходило солнце. Буквально перед отъездом в Россию нам надо было снимать сложную сцену диалога главных героев в машине, с длинным проездом, и в какой-то момент мне казалось, что мы никогда это не снимем, потому что, как только мы вытирали капли с окон автомобиля, снова начинался дождь. А мы уже успели снять часть сцены во время солнца. Это был просто мучительный день для нас всех. Но буквально к концу смены произошло чудо — за полчаса до заката выглянуло солнце и дождь прекратился. Мы успели все снять так, как хотели. Даете ли вы актерам импровизировать на площадке, или все должно идти четко по сценарию? Наверное, это мой первый фильм, где я стала давать больше свободы актерам. Раньше я была диктатором смеется. Но Вика Исакова и Аня Чиповская в момент съемок сделали меня более гибкой, и я открыла для себя это счастье доверия, счастье энергетического взаимодействия с актерами, когда между нами рождается совместное творчество. Как вы снимали жесткие откровенные сцены? Во-первых, я прошу съемочную группу уйти с площадки, чтобы на месте остался необходимый минимум — обычно это только оператор и фокус-пулер. Также прошу никого не собираться у плейбэка. Потому что необходимо, чтобы актеры расслабились и не думали о лишнем. Понятно, что в таких сценах важно, чтобы актер доверял режиссеру. В этом плане мои предыдущие работы пригождаются, потому что актеры понимают, что я не перейду грань — не буду показывать наготу ради наготы. Важно, чтобы они знали: все откровенные сцены оправданны. Какие у вас есть правила на площадке? Я бы хотела ввести для актеров правило запрета мобильных телефонов на съемочной площадке смеется. Мы все, к сожалению, уже интернет-зависимые, читаем соцсети, пролистываем ленту, комментарии, думаем, что это не отвлекает, но на самом деле это очень мешает. Сергей и Карина Добротворские были одной из самых популярных пар среди богемного Петербурга девяностых. Но большинству зрителей страны они неизвестны. Почему фильм будет актуален для них?
Однако женщина очень привязана к своему трагичному прошлому и до сих пор пишет письма давно ушедшему из жизни бывшему мужу Сергею. Они были вместе несколько лет, но череда горьких событий разлучила молодых людей, девушка вышла замуж за богатого ухажера, а молодой человек не смог справиться с наркотической зависимостью и погиб от передозировки. Главной идеей фильма является стремление его создателей донести до зрителей, как важно вовремя говорить близким людям о своих чувствах, переживаниях, решать возникшие конфликты и разногласия. Так как картина основана на реальных событиях, произошедших в жизни автора одноименной книги, то смысл улавливается с первых кадров. Несказанные вовремя слова могут тяжким грузом лечь на нынешнюю жизнь, тянуть человека в прошлое. Погружаясь в воспоминания и постоянно прокручивая в голове, как могло бы быть, он уже не сможет жить настоящей жизнью, наслаждаться тем, что имеет сейчас. Фильм показывает, что чрезмерная привязанность человека к прошлому и его сожаления об упущенных возможностях вредоносно влияют на нынешнюю его жизнь и отношения. В картине описываются переживания не только главной героини, но и ее бывшего мужа, к которому она ушла от Сергея, ее молодого ухажера, испытывающего к Кире искренние нежные чувства. Своими переживаниями женщина губит не только саму себя, но и отравляет жизнь близким людям. Она не может в полной мере оценить их участие в собственной жизни, заботу и поддержку, которую они оказывают.
Это не кино о кинокритике, и что-либо понять из него об этой профессии нельзя. Более того, чувствуется, что сделана «Девчонка…» все-таки с позиции творческого работника, привыкшего относиться к критике как к ступеньке. В фильме Добротворский мечтает, но не решается снять свой собственный фильм — вне контекста это считывается как слабость: мог бы ведь стать человеком, а не болтать про то, что делают другие. Из фильма невозможно понять, что между этими занятиями нет начальственно-подчиненной связи, нет субординации, из кинокритиков не дослуживаются до режиссеров, а Шаброль, Трюффо и Волобуев — это не про повышение, а про смену профессии. Добротворский, которого играет в фильме Горчилин, впрочем, он тут Добровольский, а Карина — Кира, — какой-то жалкий и неприятный персонаж: наверное, и такая интерпретация возможна, но она ставит всю историю на слишком хрупкое основание. Фильм Никоновой существует в двух плоскостях: Ленинград 1990-го и Франция, наши дни. Карина-Кира — тут ее чудесно и холодно играет Исакова — везет своего молодого любовника, нового Сережу отличный Юрий Борисов, какого-то тут совсем европейского вида в Нормандию. Там они явно косплеят «Мужчину и женщину» Лелуша, тренч, холодный песок, длинная полоса пляжа, но, в отличие от ленинградской части, в этой, задуманной рамкой, нет сбитости тона и актерского несовпадения с героями.
«Кто-нибудь видел мою девчонку?»: самый ожидаемый фильм «Кинотавра» оказался песней о недопитом чае
Что уж говорить про круг друзей и близких Добротворского, многие из которых враждуют с Кариной Добротворской еще с 1990-х — что, собственно, в фильме откомментировано справедливости ради, легендарный кинокритик Михаил Трофименков, один из главных героев этого сюжета, на днях написал весьма сдержанный отзыв. Скажем, лирический саундтрек — катастрофа, причем и оригинальная музыка, и песенки, которые тут вообще непонятно зачем. Другая очевидная проблема — ощущение эпохи, точнее, его отсутствие. Петербург внешне мало изменился за триста лет, но атмосфера, фактура, энергия городской жизни меняется стремительно, и в кадре испанского оператора она однозначно сегодняшняя, совсем не похожая на 1990-е, причем и на улице, и в интерьерах, где аккуратно расставлены старые пепельницы, собрания сочинений и постеры Вендерса. Впрочем, и заграница, с которой авторы знакомы не понаслышке — Никонова училась в Нью-Йорке, Добротворская давно живет во Франции, — выглядит совершенно игрушечной, сведена к знакам: верстка журнала мод, хороший отель на безлюдном нормандском побережье, ресторан с пресловутыми устрицами. Переезд из «Театрального журнала» в Architectural Digest показан с ослепительной наглядностью. Такую Францию в 2021 году можно увидеть, кажется, только в русском кино. Еще в польском, может быть.
Спустя 17 лет Кира, топ-менеджер издательского дома, живет в Париже, встречается с молодым парнем и каждый день пишет письма Сереже, которого безумно любила. Только вот он уже никогда не узнает, как сложилась жизнь Киры после их расставания. Чтобы узнать, как развивались отношения пары и какой трагедией обернулись, включайте драму «Кто-нибудь видел мою девчонку?
Я не увидела в них жизни, и они не заставили меня сопереживать им», — делится поклонница романтического кино MorgyNOVA. Рецензия «Киноафиши» в чем-то вторит этому зрительскому отзыву: «…Ни критики, ни журналистики в «Кто-нибудь видел мою девчонку? Есть просто пара людей, обладателей богемных профессий, которые якобы должны делать их чувства более возвышенными, чем чувства клинера и электрика. Романтизированная мелодрама в чистом виде с красивыми актерами — не больше». За и против: смотреть или нет? К плюсам картины можно отнести хорошую актерскую игру и самих персонажей. Это не успевшие уже поднадоесть супергерои во всех их вариациях или приехавшие в столицу и «сделавшие сами себя» провинциалки. За это — палец вверх. Как и за то, что создатели картины не побоялись сделать ее на трагическом материале. Насколько это удалось — вопрос другой. К минусам — форсированность сюжета.
Остаются только позиции художественные. Фильм Ангелины Никоновой, снявшей замечательный «Портрет в сумерках», наверное, не рассчитан на зрителя, знакомого с фигурой Добротворского — для кинокритического сообщества очень важной, — с компанией в основном блестящих критиков вокруг него, с их манерой перекидываться цитатами из Годара и Клузо. Строго говоря, он рассчитан на зрителя, для которого Александр Горчилин играет просто некоего пьющего умника, а что он там лопочет про каких-то режиссеров, этому зрителю не так важно. Этот взгляд совпадает с восприятием героя наивной по замыслу протагонисткой молодую Карину играет Аня Чиповская, взрослую — Виктория Исакова и подчеркнут нарочито мейнстримовой по-прежнему помним, что это не комплимент музыкой за кадром. Мы как бы должны попасть в сердце интеллектуального Ленинграда, но попадаем в компанию молодых артистов, играющих каких-то бездельников, которые много говорят о кино. Если вы ничего не знаете об этом коротком расцвете постперестроечной критики, об этом словесном блеске и одержимости многозначащими склейками и что-то скрывающими затемнениями, то и не узнаете. Это не кино о кинокритике, и что-либо понять из него об этой профессии нельзя. Более того, чувствуется, что сделана «Девчонка…» все-таки с позиции творческого работника, привыкшего относиться к критике как к ступеньке.
Карина Добротворская: Кто-нибудь видел мою девчонку? 100 писем к Сереже
реальная история о любви обычной студентки и молодого кинокритика 90-хНовинка 2021Рассказываю о том, что мне понравилось, а что нет. Последние новости. Показать 0 свежих новостей. Режиссер: Ангелина Никонова. В ролях: Аня Чиповская, Александр Горчилин, Виктория Исакова и др. Кира возглавляет редакцию глянцевого журнала в Париже. Она преуспела в жизни, рядом молодой привлекательный мужчина, которого, несмотря на разницу в возрасте. «Кто-нибудь видел мою девчонку?» режиссера Ангелины Никоновой — одна из первых в этом году и самых ожидаемых кинопремьер.